ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ ЦЕНТР ПРИТЯЖЕНИЕ -это качественное и безопасное психологическое сопровождение в сложные моменты жизни наших клиентов; это профессиональная команда психологов мастеров; это улучшение качества жизни методами XXI века; это личное консультирование, обучение на тренингах и семинарах и онлайн консультирование; это бесплатная ознакомительная программа и общение в ЧАТе; это постоянная практическая и исследовательская работа и возможность познакомиться с авторскими материалами.

Гордыня - враг интуиции и наполеоновских планов

   

     Начало в статье "16 ошибок Наполеона и наше время".
    В эпопее Наполеона был период, когда все его ошибки стали видны как в увеличительном стекле. История войны 1812 года – позволяет нам увидеть с нашего далёка ошибки гения для того, чтобы их не повторять. Куда подевалась в 1812 году хвалёная интуиция Наполеона? Попробуем на дальнейших примерах показать, что гордыня и интуиция - вещи несовместимые. Будем приводить мнение об ошибках Наполеона Верещагина В. В. с собственными комментариями.

     Гордыня мышки - не распознать мышеловку.
     24 июня 1812 года Наполеон перешел Неман и двинулся навстречу ... "агрессорам", так как Наполеон считал, что вводит армию на территорию чужого государства, потому что на него напали. Везде, во всех бумагах, Наполеон утверждал, что не он напал, но на него напали. Посылая постоянные письма императору Александру он утверждал, сидя в Москве, что не он развязал войну. Да, Россия сначала соблюдала, потом разорвала договор о торговой блокаде с Англией. Наполеон мог и России объявить блокаду, однако он посчитал нужным наказать её военным походом. Хотя на Россию он хотел наказать, она ему было не нужна, а Александра. Причины? Кто говорит о непочтительности посла, кто о личной зависти то ли Наполеона Александру, то ли Александра Наполеону, укоры одного и другого в нечестном захвате престолов и вообще Александр (страшно сказать) не отдал Наполеону свою сестру Екатерину в жёны. Короче, причин, море, как раз столько, чтобы начать ненужную Франции тяжелейшую военную компанию, загубить армию, карьеру, и убить сотни тысяч солдат в снегах России.
    Историки как всегда говорят о причинах войны то, что хочется знать нынешнему поколению. Некоторые считают, что император России Александр перехитрил Наполеона, заманил его в Россию, а сам хотел на него напасть первым. Эта интересная объяснительная стратегия повторяется каждый раз со времён бессмертных Волка и Ягнёнка, вспомним Крылова: "У сильного всегда бессильный виноват". Любой насильник рассказывает в милиции, что жертва: "Сама напросилась, сарафанчик одела, значит, хотела". Ну а если сильный при этом подскользнулся на собственных ошибках, значит, это и было коварство более слабого, его хитрый расчёт. Однако, как ни крути, каков бы ни был император Александр, Наполеон мог не нападать на Россию и владеть Европой ещё тридцать лет, однако именно гордыня толкнула его мериться, кто круче, на чужой территории по чужим правилам.

     Давление необдуманных обязательств.
    Перед начало войны "… Наполеону …, трудно было решиться перейти к мирному тону (в беседе с послами России)... Что подумала бы Европа? Как? Чем можно было объяснить все хлопоты, приготовления, передвижения, издержки? Пожалуй, это значило бы признать себя наполовину побежденным."*
    Вспомним, случаются ли в обычной жизни моменты, когда кто-то бездумно говорит нечто в свою пользу, а потом бывает вынужден доказывать свои слова делом, себе во вред

     Уязвленная гордость подкашивает лучше, чем самое плохое развитие событий.
    "Нетерпение Наполеона получить ключи города вполне понятно, так как этим осуществилось бы исполнение давнишней мечты. За час еще до прихода к Москве, он позвал генерал-адъютанта..., командовавшего императорскою главною квартирой, и сказал ему: "Поезжайте в город, приведите все в порядок и выберите депутацию для поднесения мне ключей.
     Нечаянная весть о том, что из Москвы как российская армия, так и жители все выехали, казалось, поразила и самого Наполеона. Он приведен был в чрезвычайное изумление, мгновенно произведшее в нем некоторый род исступления или забвения самого себя. Ровные и спокойные шаги его в ту же минуту переменяются в скорые и беспорядочные. Он оглядывается в разные стороны, оправляется, останавливается, трясется, цепенеет, щиплет себя за нос, снимает с руки перчатку и опять надевает; выдергивает из кармана платок, мнет его в руках и, как бы ошибочно, кладет в другой карман, потом снова вынимает и снова кладет; далее, опять сдернув с руки перчатку, надевает оную торопливо и повторяет то же несколько раз... Это продолжалось битый час, и во все это время окружавшие его генералы стояли неподвижно, как бездушные истуканы, и ни один из них не смел и пошевелиться".*

     Каждому неприятно оказаться в роли Наполеона, ожидающего ключей от Москвы. Это как мужчине, предложившему руку и сердце даме у всех на глазах, публично, получить отказ. И не то беда, что предложил, и не то беда, что отказала, а то беда, что стоять как остолоп  с опрокинутым лицом посреди толпы, где все на тебя глазеют - это нестерпимо. Вопрос, почему он не сделал предложение в интимной обстановке?

      Гордыня  заставляет унижать окружающих даже во вред собственным планам.
      "Было время, когда Наполеон говорил о своих маршалах: "Эти люди думают, что они очень нужны, а не знают того, что у меня сотни бригадных генералов, которые вполне могут заменить их".
     "Маршалы хорошо понимали не только опасность близости зимы, но и ненадежность состояния войск. Со времени прихода в Москву гордость Наполеона заставляла его держаться в полнейшем неведении относительно этого предмета. Он все представлял себе армию в том виде, в каком желал ее иметь, и преспокойно раздавал соответственные этому приказания; он не слушал генералов, пробовавших вывести его из заблуждения, и решался делать настоящие распоряжения только тогда, когда необходимость их бросилась в глаза, когда было уже поздно..
Тот также почтительно заметил, что, в это время года, нужно не переговариваться, а отступать на Калугу и возможно скорее. Наполеон зло и ядовито ответил, что "любит только планы самые простые, дороги самые прямые, большие дороги, в данном случае, ту, по которой он пришел; но что он не хочет идти по ней иначе, как после заключения мира."
 *
     Когда совет как поступать даёт гордость, а не благоразумие, то вскоре можно потерять армию.

       Действия под давлением производимого впечатления.
   "Так что же делать?" - "Остаться здесь, - отвечает Дарю, - сделать из Москвы большой укрепленный лагерь и провести в нем зиму. Хлеба и соли хватит - он отвечает за это. Для прочего достаточно будет больших фуражировок. Лошадей, которых нечем будет кормить, он посолит. Что касается помещений, то, если домов мало, так погребов достаточно. С этим можно будет переждать до весны, когда подкрепления и вся вооруженная Литва выручат и помогут довершить завоевание.
    Перед этим предложением император сначала молчит, видимо, раздумывая, потом отвечает: "Львиный совет! Но что скажет Париж! Что там будут делать? Что там делается за эти последние три недели? Кто может предвидеть впечатление шестимесячной неизвестности на парижан? - Нет, Франции не привыкнуть к моему отсутствию, а Пруссия и Австрия воспользуются им!"*
   
"Что станет говорить княгиня Марья Алексеевна?"** на первом месте, а не интересы свои, своей жизни,  страны и  армии. Ничему не научился Наполеон за время русского похода. До последнего думал не о деле, а о том, как он будет смотреться на фоне дела и что скажут в Париже.  Не будем повторять его ошибок. 
* Верещагин Василий Васильевич. Наполеон I в России, 1812.
**Грибоедов Александр Сергеевич. Горе от ума
                                                           Елена Мурза
Начало в статье "16 ошибок Наполеона и наше время"
Подобная тема в статье "Пути развития событий"

 

0
Ваша оценка: Нет